?

Log in

No account? Create an account

April 20th, 2016

Нет, все осталось как было.
Здесь стояли бочки с сельдью,
евреи торговали рыбой.
Всякие лавки, лотки с товаром -
"еврейская коммерция",
как месье ее называет.
Не, это не стихи. Это малюсенький фрагмент из книги Шоа (в переводе на русский Павла Каштанова).
Книги по девятичасовому фильму Клода Ланцмана - документальному собранию интервью людей, бывших свидетелями событий тех времён, как жертв, так и вольных и невольных исполнителей преступлений.
Когда взяла в руки книгу, я думала, что представляю, что там будет - за последние пару месяцев просмотр фильма пошёл по третьему кругу - так вышло.
Но книга превзошла все ожидания. Открываешь и действительно видишь перед собой отчего-то поэтический текст очень большими буквами, от края до края листа, и совсем маленьким неброским курсивом - короткие строчки.
Курсив - это вопросы Ланцмана или его переводчиков. "Поэтические" крупные строки - это само повествование.
В предисловии самого режиссёра этот приём объясняется:
на самом деле книгу составляют французские субтитры к фильму, которые есть во французской версии.
"...на экране субтитры - вещь второстепенная. Но если объединить в их книгу, вписать в неё, страница за страницей, те обрывки фраз, которые проносятся у нас перед глазами, не давая фильму сбиться с ритма, второстепенное неожиданно предстанет самоценным, обретёт иной статус и иное качество, будет, образно говоря, отмечено печатью вечности. Титры должны будут жить сами по себе, самим себе служить опорой - без всякого фона, без образов, лиц, пейзажей, слёз и пауз: без тех девяти с половиной часов, в течении которых идёт "Шоа".
Это всё к тому, что - вот с такой ответственностью надо подходить к изданию книг. Сильно и хорошо сделанная вещь. Спасибо "Новому издательству", что выпустило эту книгу.

"Да, я всё время был один.
Не считая женщины, чей голос
я слышал в развалинах,
и мужчины, на которого я наткнулся,
когда вылез из канализации,
в течение всех своих поисков я был один;
по пути мне не встретилась
ни одна живая душа.
Помню, в какой-то момент
я испытал чувство покоя,
безмятежности
и сказал себе:
"Я последний еврей;
остается ждать утра,
остется ждать немцев"."
"Шоа", Клод Ланцман, "Новое издательство", 2016 г.